Кыргызстан 2025
Власти активизировали репрессии против инакомыслящих, преследуя журналистов и активистов по расплывчато сформулированным обвинениям, таким как «экстремизм» и «призывы к массовым беспорядкам». Законодательство об «иностранных представителях» по-прежнему подавляло гражданское общество. Был упразднён независимый орган по предотвращению пыток. Новый закон ограничил свободу вероисповедания.
Краткая справка
В результате досрочных парламентских выборов, прошедших 30 ноября, сторонники президента заняли почти все места в парламенте.
Свобода выражения мнений
Власти усилили репрессии против инакомыслящих, преследуя расследовательские СМИ, журналистов, блогеров и правозащитников на основании сфабрикованных обвинений, таких как «призывы к массовым беспорядкам», «призывы к неповиновению» или «экстремизм».
В соответствии с поправками к Кодексу о правонарушениях, вступившими в силу в феврале, клевета в телерадиовещательных, печатных и интернет-СМИ теперь каралась штрафами, назначаемыми в рамках новых ускоренных административных судебных разбирательств.
В феврале Верховный суд оставил в силе приговор журналистке Махабат Тажибек кызы, отклонив её апелляцию. В 2024 году её приговорили к шести годам лишения свободы по политически мотивированным обвинениям в призыве к массовым беспорядкам после того, как она обнародовала факты коррупции. В октябре Рабочая группа ООН по произвольным задержаниям признала её задержание произвольным и призвала Кыргызстан освободить её и выплатить компенсацию.
В июле вступили в силу поправки к законодательству, призванные усилить борьбу с «экстремизмом». Они восстановили уголовную ответственность за хранение материалов, считающихся «экстремистскими» по нечётко определённым критериям, и ввели новую статью о публичном подстрекательстве к «экстремистской» деятельности или «насильственному захвату власти» с использованием интернета или средств массовой информации.
В июле были также внесены дополнительные поправки, предусматривающие наказание за распространение «ложной или недостоверной» информации в СМИ или интернете.
В августе был принят новый спорный закон, обязывающий все средства массовой информации, в том числе веб-сайты и блоги, проходить регистрацию независимо от их контента. Кабинету министров было предоставлено исключительное право определять порядок регистрации без какого-либо судебного или парламентского контроля.
В апреле правозащитница Рита Карасартова была задержана по сфабрикованным обвинениям, в том числе в «организации массовых беспорядков», что было очевидной реакцией на её правозащитную деятельность. Материалы дела были засекречены, а судебное разбирательство проходило за закрытыми дверями. В сентябре суд в Бишкеке, столице страны, приговорил её к пяти годам испытательного срока1. Одиннадцатого декабря Бишкекский городской суд отклонил её апелляцию.
В сентябре бывших операторов новостного сайта «Клооп», Александра Александрова и Жоомарта Дуулатова, приговорили каждого к пяти годам лишения свободы якобы за «подстрекательство к массовым беспорядкам». Прокуроры установили их связь с видеороликами, критикующими правительство, размещёнными на YouTube-канале эмигрировавшего журналиста Болота Темирова, хотя и не предоставили убедительных доказательств. Оба отрицали какую-либо связь с этими видеороликами и заявили, что их признания были получены под давлением. В ноябре апелляционный суд смягчил их приговор до трёх лет условного срока. На конец года их апелляция находилась на рассмотрении в Верховном суде.
В октябре суд в Бишкеке официально признал «экстремистскими» все материалы и информацию, опубликованные рядом независимых СМИ, в том числе сайтом «Клооп» и каналами «Temirov Live» и «Айт Айт Десе». Это определение распространялось на материалы в любом формате. В результате, практически любой «лайк», репост или распространение таких материалов могло привести к уголовному преследованию. Журналисты Болот Темиров и Ринат Тухватшин также были признаны «экстремистами». На конец года апелляция на решение суда ещё не была рассмотрена.
Свобода объединений
В июне Комитет по ликвидации расовой дискриминации выразил серьёзную обеспокоенность тем, что закон «Об иностранных представителях» от 2024 года стигматизирует организации гражданского общества и подрывает законную деятельность правозащитников и НКО. Во время Универсального периодического обзора (УПО) Кыргызстана в сентябре власти отклонили все рекомендации по отмене или внесению поправок в этот закон.
Сокращение помощи со стороны АМР США привело к приостановке финансирования программ по развитию прав человека и гражданского общества. Десятки НКО были вынуждены прекратить свою деятельность или закрыться из-за вступления в силу закона «Об иностранных представителях» и сокращения финансирования.
Финансовые трудности, новые поправки к законодательству, приравнивающие наблюдение за выборами к политической деятельности, а также страх перед репрессиями за такой мониторинг значительно ограничили возможности гражданского общества по участию в общественной жизни. Только две местные организации получили аккредитацию для наблюдения за парламентскими выборами, тогда как в 2021 году их было 40.
Пытки и другие виды жестокого обращения
В июле пять специальных докладчиков ООН выразили обеспокоенность в связи с неоднократными отказами расследовать утверждения о пытках во время предварительного заключения пастора Павла Шрейдера, лидера «Церкви адвентистов седьмого дня истинной и свободной реформы» (см. ниже), и его прихожан. Пастор Шрейдер сообщил, что его избивали пять сотрудников Государственного комитета национальной безопасности, в том числе били железной трубой, чтобы заставить дать признательные показания. Других членов церкви, как сообщается, пытали электрошокерами. В июле пастору Шрейдеру диагностировали черепно-мозговую травму и когнитивные нарушения и перевели в тюремное медицинское учреждение.
В сентябре был упразднён Национальный центр по предотвращению пыток (НЦПП), а его полномочия переданы омбудсмену. Эксперты ООН выразили обеспокоенность решением о закрытии НЦПП без надлежащих консультаций, предупредив, что этот шаг подрывает усилия по предотвращению пыток.
Смертная казнь
В сентябре президент Садыр Жапаров предложил вернуть смертную казнь в качестве наказания за изнасилование ребёнка, а также за изнасилование и убийство ребёнка или взрослой женщины. Это решение было принято после похищения, изнасилования и убийства девочки-подростка, которое вызвало волну общественного возмущения. Правозащитники выразили обеспокоенность тем, что восстановление смертной казни нарушит международные обязательства Кыргызстана, при этом не оказывая никакого сдерживающего воздействия и не устраняя коренные причины гендерного насилия. Десятого декабря Конституционный суд отклонил предложенную поправку как неконституционную и нарушающую международные обязательства.
Права ЛГБТИ
В сентябре в рамках УПО Кыргызстан отклонил все рекомендации, касающиеся прав ЛГБТИ-сообщества, в том числе рекомендации о внесении поправок в антидискриминационное законодательство с целью включения сексуальной ориентации и гендерной идентичности в число защищаемых характеристик. Представители Кыргызстана заявили, что эти рекомендации несовместимы с «традиционными ценностями» и общественными нормами страны.
Свобода вероисповедания и убеждений
В январе вступил в силу новый ограничительный закон, который значительно ограничил право на свободу вероисповедания или убеждений. Закон по-прежнему запрещает любую незарегистрированную религиозную деятельность, вводит новые требования к перерегистрации и ограничивает регистрацию групп, в которых состоит не менее 500 взрослых граждан, проживающих в одном регионе. Закон также вводит дискриминационный полный запрет на ношение религиозной одежды, «не позволяющей идентифицировать личность», в общественных местах и зданиях. В феврале пять специальных докладчиков ООН вновь выразили озабоченность в связи с принятием нового закона, в частности использования расплывчатых обоснований «экстремизма» для запрета религиозной литературы и закрытия религиозных общин. Они предупредили, что закон несоразмерно затрагивает религиозные меньшинства.
В марте суд признал «Церковь адвентистов седьмого дня истинной и свободной реформы» «экстремистской» и запретил её деятельность. В июле её пастор Павел Шрейдер, гражданин России, был приговорён к трём годам лишения свободы за «возбуждение расовой, этнической, национальной, религиозной или межрегиональной вражды» после несправедливого судебного разбирательства. По отбытии срока он должен быть депортирован. Его апелляция неоднократно откладывалась и по состоянию на конец года всё ещё находилась на рассмотрении.
В апреле сотрудники правоохранительных органов провели рейды в Ошской и Джалал-Абадской областях, задержав более 300 женщин за ношение никабов в общественных местах. По меньшей мере 29 женщин были оштрафованы, а сотни получили официальные предупреждения.
Принудительные выселения
В апреле власти города Ош начали частичный снос примерно 200 зданий на улице Навои, в районе, где в основном проживают этнические узбеки, без проведения надлежащих консультаций или выплаты компенсации жителям, которые подверглись принудительному выселению. Эта улица была одной из наиболее пострадавших во время межэтнического насилия в городе в 2010 году и впоследствии была восстановлена благодаря международной помощи.
В июне Комитет по ликвидации расовой дискриминации подверг критике планируемую реконструкцию города Ош за то, что в ней не предусмотрено восстановление традиционных узбекских кварталов.
Право на здоровую окружающую среду
В июле геологи, экологи и жители выразили обеспокоенность в связи с началом пилотного проекта по добыче минерала титаномагнетита на месторождении Кызыл-Омпол. Несмотря на предварительные заверения о том, что добыча на месторождении Кызыл-Омпол начнется только после публикации результатов технической и экологической экспертиз, работы начались без обнародования этих документов.